Главная       Дисклуб     Наверх  

 

Чтобы лучше помнилось

 

В Интернете я прочитал: «Председатель Комитета ГД по безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая внесла на рассмотрение Госдумы законопроект о введении уголовного наказания в виде штрафа и заключения до 3 лет, а при использовании СМИ – до 5 лет за реабилитацию нацизма, в том числе за отрицание итогов Нюрнбергского процесса и за распространение заведомо ложных сведений об армиях антигитлеровской коалиции.
Наказываться будут отрицание вынесенного Международным военным трибуналом (Нюрнбергским трибуналом) приговора, а равно отрицание деятельности армий стран антигитлеровской коалиции по поддержанию международного мира и безопасности во время Второй мировой войны».

В опубликованном отклике я прочитал о том, что согласно законопроекту наказывать будут в основном за вранье в оценках Нюрнбергского трибунала и действий нацистов и Красной Армии. Мне кажется, что в таком законе осуждение фальсификаций должно быть выражено гораздо более четко. Слово «фальсификация» должно быть уже в названии закона. Должна быть классификация видов фальсификации: случайная, непреднамеренная (вызванная отсутствием проверки достоверности приведенных данных), сознательная, злостная. Должны быть также понятия опубликования спорных данных или оценок и преднамеренное оскорбление с помощью опубликования фальсифицированных данных (если суду удастся доказать преднамеренный характер оскорбления). Фальсификацией следует также считать замалчивание принципиально важных факторов. Должно быть предусмотрено также наказание за фальсифицированные оценки действий войск стран «Антикоминтерновского пакта», белоказаков и власовской РОА.

Я рад появлению законопроекта, подготовленного Ириной Яровой. Но я считаю преждевременным принятие такого закона в настоящее время. Меня коробит от мысли, что приговоры будет выносить суд, сидящий под изображением двуглавого орла, на судье будет мантия, а в руке он будет держать молоток. Сначала надо: признать законной власть, провозглашенную II Всероссийским съездом Советов; перестать праздновать провозглашение суверенитета РСФСР; начать торжественными заседаниями отмечать день открытия названного выше cъезда, день провозглашения «Российской империи», день переименования РСФСР в Российскую Федерацию; восстановить символику РСФСР; установить, в каких случаях могут использоваться как советские, так и дореволюционные символы и термины; пресекать фальсификацию действий Красной армии во время Гражданской войны. Тогда появится возможность осуждения за фальсификацию провозглашения Советской власти, за фальсификацию истории Гражданской войны.

Интересно было бы узнать мнение Евгения Примакова, Владимира Овчинского, Андрея Фурсова, Сергея Баймухаметова, Сергея Кара-Мурзы, Владислава Фельдблюма, Максима Кантора о проблеме информационной безопасности и о том, какие можно было бы установить правила применения советских и дореволюционных символов и терминов.

В случае некоторого восстановления советской символики легче было бы понимать необходимость борьбы с фальсификацией истории, необходимость в восстановлении планирования (следуя примеру не только СССР, но и Индии), в национализации крупнейших предприятий, в восстановлении государственных лесхозов и леспромхозов, в отказе от ЕГЭ. Легче будет также понимать, что в развязывании Гражданской войны решающую роль сыграли внешние силы; лучше будет помниться, что советские символы были в числе символов победы над фашизмом.

 

Олег Павлович БРЯНСКИЙ

 

Екатеринбург