Главная       Дисклуб     Наверх   

Рыночный социализм – рынок без социализма

Под рубрикой «Собственность работников – ПАНАЦЕЯ или МИРАЖ» в «ЭФГ» № 25-26 (июнь, 2006 г.) опубликованы две статьи: «Научная рациональность в анализе экономической политики России» Л.Г. Малиновского  и «Куда идти союзу народных предприятий» В.А. Мирошниченко. Рубрика газеты подразумевает, что статьи имеют разный взгляд на одну проблему, и читателю предлагается самостоятельно решить, «кто прав, кто виноват». Несмотря на то, что обе статьи содержат много замечательных мест, при более внимательном знакомстве выясняется, что оба автора кладут в основу своих стратегий одну и ту же концепцию – рынок.

Из статьи Л.Г. Малиновского: 

1.     «Социалистический рынок, социализм не являются утопией, как это иногда представляют апологеты капитализма».

2.     «Рыночные способы раздела, рынок, который отнюдь не является синонимом капитализма, а является, как и плановый раздел продукта, элементом любой мало-мальски развитой экономической системы. Рыночная экономика характеризуется ценами спроса и предложения на товары массового (не монопольного) производства. Эти цены в случае получения предпринимательской прибыли производителями позволяют автоматически поощрять наиболее эффективных из них. Они позволяют автоматически стимулировать НТП и ликвидировать дефицитность товаров. Именно это свойство рынка было проигнорировано Марксом, когда он постулировал случайный характер колебаний цен спроса и предложения относительно себестоимости товаров».

3.     «Частнособственнические рыночные отношения могут приводить к негативным нравственным последствиям, особенно заметным в настоящее время в России. Кроме того, рыночные отношения, основанные на частной собственности и либеральных принципах экономики (свободного обмена товарами и капиталами), приводят к уничтожению производства в странах с менее развитыми производительными силами, а также в странах с неблагоприятными климатическими условиями. Оба этих фактора имели место в России при переходе к либеральной экономике».

Первая цитата противоречива с самого начала. В ней «социалистический рынок» и «социализм» перечислены как однородные члены предложения, как по существу одно и то же. Фактически же социализм и рынок – «две вещи несовместные». Если говорить об апологетах капитализма, то они действительно считают социализм утопией. Марксисты же считают утопией «социалистический рынок». Автор, изготовив винегрет из несовместимых понятий, думает, что достиг невидимой другими истины – открыл в социалистических отношениях рыночную компоненту.

Антинаучная от начала до конца идея соединения социализма с рынком появилась не сейчас и не на пустом месте. Основные причины появления такой идеи заключаются:

1)     в теоретической и практической нерешённости задачи социалистического распределения, в силу, с одной стороны, чрезвычайной сложности данной задачи, а с другой, кажущейся лёгкости её решения;

2)     в теоретическом невежестве «новаторов», предполагающих принципиальную возможность уничтожения плохих сторон рынка при сохранении его «хороших» сторон;

3)     в советской реальности.

Для серьёзных исследователей общественных процессов теоретическое незнание законов социалистического распределения не является поводом для «конструирования» псевдонаучных концепций. За примером далеко ходить не надо: К. Маркс, Ф. Энгельс и В.И. Ленин не знали конкретной теории социализма, законов социалистического распределения, но они строго научно доказали порочность идеи использования рынка для строительства будущего коммунистического общества: они не знали всё, что должно быть при социализме, но они точно знали, чего в нём не должно быть.

Для случайных людей в науке теоретическая нерешённость задачи социалистического распределения является той основой, на которой возникает бесчисленное множество «новых» концепций.

К величайшему сожалению, случайными людьми в науке оказались и некоторые руководители СССР, которые великолепно могли цитировать классиков, но не могли разглядеть нерешённые теоретические вопросы строительства социализма.

СССР пал жертвой попытки построить социализм на основе «нового содержания товара при социализме». Сейчас эти жертвы исчисляются миллионами погибших и безвременно умерших. Это – кровь и слёзы безутешных матерей и жён. Это – искалеченные тела и судьбы. За всем этим торчат ослиные уши «учёных» и политиков-приверженцев рыночного социализма, который неизбежно ведёт к рынку без всякого социализма. Если сопоставить страдания жертв рыночного социализма от последствий как рыночного социализма, так и рынка без социализма и «страдания» «учёных-социалистов-рыночников», когда они слышат, что Маркс называл ослами тех, кто собирается прийти к социализму с помощью рынка, то оценка Маркса выглядит несравненно более мягкой формой «разъяснения» их невежества, чем форма страданий, с которой сталкиваются жертвы таких теорий.

Поэтому пусть не обижаются авторы рассматриваемых статей на оценку их «труда» гением пролетарской науки. Для Маркса понятия: «рыночник-социалист» и «осёл-социалист» были тождественны. Теоретическое невежество – необходимое и достаточное условие производства «ослов-социалистов».

Дружеский совет ко всем рыночникам-социалистам: если вам кажется, что вы сделали открытие, с помощью которого вы сможете организовать рыночный социализм, знайте – это самый верный признак того, что вы недостаточно полно владеете уже добытыми человечеством знаниями об экономических процессах. Вместо раскручивания своего «открытия», потратьте своё время с большей пользой: изучите более внимательно политическую экономию либо оставьте то дело, в котором, как выясняется, вы не в силах разобраться.

Советская реальность, представлявшая собой единство буржуазной совокупности производственных отношений (буржуазный экономический базис) и полусоциалистической надстройки (Советская Конституция), ограничивающей действие закона стоимости, существенно повысила количество производства «ослов». Это многим может показаться неверным. Тем не менее:

О базисе

Если вспомнить, что базисом общества является совокупность производственных отношений (открытие К. Маркса), а не форма собственности (как вслед за И.В. Сталиным повторяли все официальные советские обществоведы и повторяют теоретики левого движения, у которых в основе всех отношений лежат отношения собственности, а не производственные отношения), то понятие «производственное отношение» до сих пор официально наукой не определено. Следовательно, не определено понятие совокупности производственных отношений, т.е. не определено понятие базиса, а значит, неизвестно, что такое капиталистический базис, точно так же, как неизвестно, что такое социалистический базис. Поэтому  верность или неверность утверждения: в СССР был буржуазный экономический базис – официальная политэкономия не может ни подтвердить, ни опровергнуть. Если же с позиций науки ответить на все поставленные вопросы, то придётся признать указанное утверждение верным.

О надстройке

Поскольку конкретной научной теории социализма не было, постольку и научного определения социалистической надстройки тоже не было, хотя отдельные её элементы в Советской Конституции были. Именно поэтому надстройка и названа здесь полусоциалистической.

Ограничение действия закона стоимости в условиях буржуазного экономического базиса приводит, с одной стороны, к возможности концентрации средств всей страны на решении той или иной конкретной экономической задачи и, следовательно, ведёт к ускорению развития, а с другой стороны – к уменьшению мотивации труда и, следовательно, к торможению экономического развития по сравнению с капитализмом. В борьбе этих противоположных тенденций на коротком временном отрезке может взять верх первая сторона, что и происходило в СССР примерно до 1934 года. Если компартия на каком-то этапе прервёт строительство социализма, что произошло в СССР в первой половине тридцатых годов ХХ века, в конце концов преимущество всегда останется за второй стороной.

Снятие ограничений на действие закона стоимости в условиях буржуазного экономического базиса приводит к оживлению капиталистического экономического развития. Этот факт рыночники интерпретировали как положительный в любых условиях.

На самом же деле снятие ограничений с действия закона стоимости в СССР привело, и не могло не привести, к оживлению капитализма в полном объёме, т.е. к движению назад. А для движения вперёд необходимо было не снимать ограничения с действия закона стоимости, регулирующего буржуазное производство и распределение, а преодолеть его, отыскав и внедрив в хозяйственный механизм социалистический регулятор производства и распределения, что тождественно перестройке буржуазного экономического базиса в социалистический экономический базис.

Любая война, наркомафия, проституция во всех формах, коррупция, терроризм, бандитизм, преступность в любом виде – порождения рынка. Это уже доказано Марксом – логически, Зураевым – математически.

Поэтому все «новаторы-социалисты», включающие рынок в качестве элемента своей концепции, БУДЬТЕ ГОТОВЫ к прелестям рынка в полном объёме, а не по частям: социализму – хорошие части, капитализму – плохие части.

Первые социалисты-рыночники – знаменитые социалисты-утописты. Но они не владели по крайней мере открытиями К. Маркса, и им простительны их наивные проекты справедливого общества. За ними последовали более продвинутые в теоретическом отношении – небезызвестные Прудон и Дюринг. Во времена Советского Союза сторонники рыночного социализма потекли бурным потоком, хотя и были гораздо менее «продвинутыми» по сравнению с Прудоном и Дюрингом, поскольку советская реальность к этому располагала. Основной их постулат – рынок отрегулирует всё! Вопрос к сторонникам такого постулата: где, в какой стране и в какое время вы видели, чтобы рынок всё отрегулировал?

Невежество же высоких государственных мужей не знает границ. Они поверили на слово невеждам-«учёным» и журналистам-проституткам. И вместо обещанного политиками улучшения жизни всех людей России к осени 1992 г. получили ухудшение жизни всех людей, за исключением мошенников высшей пробы и руководителей страны. Чем хуже жили трудящиеся страны, тем лучше жили её руководители и мошенники – вот вам реальный пример идеально работающего рыночного механизма.

Сегодня предостаточно теоретических и практических доказательств того, что рынок есть антагонизм и поэтому приводит к антагонизму всех, кто прибегает к его услугам. В то же время нет ни одного теоретического и практического опровержения этих доказательств. И авторы рассматриваемых статей также не приводят никаких научных доказательств. Эти простые и очевидные факты, казалось бы, давно должны были бы положить конец творчеству «социалистов-рыночников», но, видимо, общественный разум человечества находится на таком низком уровне, что его не может убедить даже такое очевидное положение вещей.

Теперь по поводу второй и третьей цитат.

Во-первых, видимость отсутствия дефицита товаров в России воспринимается автором как действительное отсутствие дефицита. Если рынок затоварен на одном своём полюсе – на полюсе производителей и продавцов, а на другом полюсе – в кармане покупателя наблюдается дефицит товара «деньги», то дефицит товаров присутствует, как бы автору ни хотелось в это не верить. Если от товаров ломился стол бандита в СССР или буржуя в Америке, то это не означает, что на столе рядового труженика СССР такое же изобилие и поэтому нет дефицита. Изобилие и дефицит всегда конкретны. Изобилие на одном полюсе товарного мира не является фактом, опровергающим наличие дефицита на другом полюсе товарного мира, более того, является доказательством дефицита на другом полюсе. Если в современной буржуазной России на одном полюсе – в магазинах  появились товары, то в той же России на другом полюсе – на столе рядового труженика по-прежнему дефицит. Или современные рыночники научились наполнять холодильники в условиях, когда по милости госчиновников по году и более не платят зарплату и пенсии, в то время когда те же чиновники требуют от своих жертв – рядовых тружеников обязательной ежемесячной платы за коммунальные услуги, а работодатели, не платящие зарплату, требуют ежедневной работы, на которую надо приехать на общественном транспорте, услуги которого порой съедают всю наличность?

Во-вторых, если у вас  есть потребность писать о Марксе и его теории, то вспомните «Капитал», и особенно XIII и XXI главы первого тома («Машины и крупная промышленность» и «Процесс накопления капитала»), разъясняющие то, о чём вы пишете (в частности, о НТП). Уверяю вас: после этого вы моментально снимете выдвинутое вами  обвинение Марксу.

Маркс оценивал капитализм и со стороны прогресса, и со стороны регресса. Вы же хотите видеть только одну сторону и не хотите видеть другую. Более того, приписываете Марксу мысли, которые рождаются у вас  при поверхностном знакомстве с его работами, и возлагаете на него ответственность за ваше же невежество. Нет, любезные, за своё невежество отвечайте сами.

В-третьих, рынок не бывает нечастнособственническим. Достаточное условие отсутствия рынка – отсутствие отношений частной собственности и, наоборот: при наличии отношений частной собственности рынок неизбежен. Опять проявляется желание автора обозначить всё плохое в рынке и исключить это плохое из жизни, оставляя в то же время рынок как таковой. Чем не Дюринг?

Кстати, помимо «Капитала», вам можно порекомендовать вспомнить «Анти-Дюринга» Энгельса, что поможет вам избавиться от влияния «ослов».

В-четвёртых, Маркс НИКОГДА не «постулировал случайный характер колебаний цен спроса и предложения относительно себестоимости товаров». Вы, видимо, перепутали «стоимость» с «себестоимостью». Стоимость – общественно необходимые затраты, себестоимость – то, что реально затрачено конкретным производителем. Себестоимость может быть выше или ниже стоимости. Отсюда – либо прибыли, либо сверхприбыли, либо застой, либо разорение. Цены же никогда не колеблются относительно себестоимости товаров. Даже случайно. Случайный характер колебания цен на рынке всегда происходит относительно стоимости товаров.

Статья В.А. Мирошниченко не атакует К. Маркса в таком явном виде, как статья Л.Г. Малиновского. Но суть от этого не меняется. Всего одна цитата: «Таким образом, сегодня в России нет ни организации, ни политического лидера, предлагающего доступные пониманию народа концепции построения социально-рыночного хозяйства с достойным местом собственности работников». Дескать, автор, в отличие от других, предлагает народу именно такую концепцию.

Точки зрения двух авторов аналогичны – всё, что сказано по поводу первой статьи, годится и для второй. Статьи не альтернативны.

Вывод России из кризиса на основании рекомендаций обоих авторов, опирающихся на рынок, – МИРАЖ.

В заключение приведу три цитаты по поводу рыночных концепций социализма из работы Т.Г. Зураева, написанной в 2001 году по материалам «ЭФГ». Непосвящённый товарищ наверняка задастся вопросом: «А при чём тут какой-то Зураев? Мало ли кто и что говорил по тому или иному поводу?! Всех не перечислишь». Поэтому скажу несколько слов о Таймуразе Галауовиче Зураеве.

Зураев – учёный-энциклопедист. У него имеются открытия в физике, математике, механике, философии, праве, политэкономии. Его открытия в математике и механике использованы при расчёте конструктивно-силовой схемы крыльев советского истребителя Миг-29. Его открытия в философии и физике решили проблему всеобщего пространства-времени и теории развития. Его открытия в философии, математике, политэкономии и праве решили проблему социалистического распределения, проблему построения социалистических производственных отношений.

Противоречивая советская реальность особенно остро проявила себя после ХХ съезда КПСС. Произошёл очередной раскол коммунистов на два противоборствующих лагеря: сталинистов и ленинцев. Эта реальность поставила перед Зураевым вопрос: где-то что-то «в нашем королевстве» не так, где допущена ошибка? Ошибка либо в марксизме, либо в действиях Советского руководства. В поисках истины Зураев подверг «Капитал» Маркса «ревизии» на предмет поиска допущенной ошибки. Результат его трёхлетнего труда подтвердил истину: в «Капитале» ошибок нет, К. Маркс не ошибся. Следовательно, ошибается руководство страны. Одна из фундаментальных ошибок: «открытие» нового содержания товара при социализме и, как следствие, строительство рыночного социализма.

Зураев – один из немногих, если не единственный, кто знает «Капитал» и учение К. Маркса в целом как философское, политэкономическое, социалистическое учение, кто продвинул это учение за пределы капитализма, опираясь на Маркса, а не «подправляя» его.

Поэтому будет полезно узнать мнение учёного такого масштаба о «рыночном социализме» и «рыночниках-социалистах».

1. «После Маркса заниматься созиданием социального мира между классами на основе закона стоимости и прибавочной стоимости могут либо невежественные простофили, либо образованные лакеи буржуа» (Архив Т.Г. Зураева, том 11, с. 276).

2. «Теоретические заблуждения, а вместе с ними всевозможные политические концепции развития общества, опирающиеся на теории рыночного социализма, связаны с игнорированием того, что рынок есть необходимое условие существования гнёта и эксплуатации, и с опорой на то, что рынок не является достаточным условием капитализма… Политическим следствием совокупности таких теорий является общий вывод о ненужности выхода из рамок рабской цивилизации» (там же, с. 240).

3. «Массовое непонимание антагонизма, содержащегося в стоимости, а вместе с этим массовое заблуждение о прелестях рыночной экономики – это результат отсутствия теории развития, долгого игнорирования такого отсутствия.

Трагические события, которые разыгрались 11 сентября 2001 года в США, красноречиво и наиболее выпукло выражают антагонизм, содержащийся в стоимости. А зарождение идеологии о мировом терроризме, не признающей его действительный источник – мировой капитал, свидетельствует о всемирном антагонизме, подводящем человечество к черте, у которой человеческой кровью начертаны слова: “социализм или смерть”.

Нет такого паскудного человеческого дела, которое бы своими корнями не уходило в стоимость, не было бы продуктом её развития» (там же, с. 264).

 

Александр Хало, инженер

Москва