Главная       Дисклуб     Наверх  

 

СТАЛИНГРАДУ БЫТЬ!

 

Год назад, в феврале 2013 года, в канун очередной годовщины победоносного окончания Сталинградской битвы (2 февраля 1943 г.), в некоторых газетах ("Завтра" № 7, "Правда" № 17 и др.) была опубликована статья В.С. Бушина "Вот вам и референдум". В ней речь шла о необходимости возвратить городу название Сталинград и о разоблачении демагогической уловки по проведению референдума по этому поводу.

Город Царицын получил название Сталинград в 1925 году, когда Иосиф Виссарионович не был так известен, как впоследствии. Это была память об обороне города (июль 1918 года – февраль 1919 года) во время Гражданской войны: под руководством Сталина были отбиты попытки белоказачьих войск генерала Краснова овладеть городом.

В Великую Отечественную войну город не смогли захватить и уничтожить гитлеровцы. В нескольких странах Сталинград сохранен в названиях улиц и площадей как символ победы Красной Армии в битве на Волге, которая переломила ход 2-й Мировой войны.

А в СССР, как справедливо и образно пишет Бушин, переделыватель истории и жизни страны "Хрущев перечеркнул и выбросил это великое имя по причине своей тупой ненависти к Сталину и душившей злобы". И без референдума! Росчерком пера в 1961 году был уничтожен (сбылась мечта Гитлера) Сталинград. Его назвали Волгоград, на что могут претендовать все города, расположенные на берегах Волги. Ныне из-за своей ненависти ко всему советскому правящие временщики завязли в нелепостях: блокада Ленинграда в Санкт-Петербурге (почему не в Петрограде?), Сталинградская битва в Волгограде и т.п.

Фактическая цель таких классовых нападок направлена не только и не столько на Сталина, сколько на изжитие советского патриотизма опорочиванием жизни трудящихся в социалистическом обществе под руководством коммунистической партии, возглавлявшейся Сталиным.

Особенно пугает "десталинизаторов", что главным принципом СССР являлась неприемлемость и недопустимость эксплуатации человека человеком, основывавшейся на частной собственности на средства производства и продукты труда. В СССР у трудящихся была уверенность в завтрашнем дне. И эта уверенность сбывалась!

Для оправдания и подкрепления своей неблаговидной деятельности враги социализма и, следовательно, Сталина применяют сплетни, мерзости, измышления, но при этом, подобно обезьяне из известной басни Крылова, никак не хотят «на себя оборотиться», на свои собственные «ужимки и прыжки». А логика требует сравнения нынешнего зоологического прозябания огромного большинства народа с государственными гарантиями и возможностями бесплатного интеллектуального и физического развития трудящихся при социализме.

К сожалению, в обоснованных разоблачениях нахрапистой лжи некоторые авторы публикаций иногда способствуют пропаганде примеров ненависти к СССР, к советским людям, к Сталину, вольно или невольно следуя известному анекдоту: «А теперь, Вовочка, выучим слова, которые ты никогда не должен произносить».

Например, в свою полезную по направленности статью «Вот вам и референдум» Бушин вкрапляет органически не требующийся экскурс в историю начала Великой Отечественной войны, в котором ссылается на измышления «историка» Мироненко и «драматурга» Шатрова. Бушин красочно описывает сплетни в духе пресловутых передач «Суд времени», опускаясь в споре до уровня иных низкопробных пачкунов, что не делает чести автору статьи. Неуважительное, карикатурное изображение Иосифа Виссарионовича, даже с осуждением источников, как пишет Бушин, «поровших замшелую чушь, давным-давно опровергнутую и разоблаченную», читать неприятно, особенно из-под пера писателя-интеллигента.

Владимир Сергеевич ссылается на А.И. Микояна (1895–1976), которого называет «по кличке от Ильича до Ильича»: «он после смерти Сталина нарисовал эту картину, пленившую Шатрова», не указывая, где и когда Шатров (настоящая фамилия – Маршак) попал в «плен».

«Эту картину» придумал в изданной в 1999 году при титульном авторстве А.И. Микояна в книге «Так было. Размышления о минувшем» его сын Серго, о чем он откровенно сообщает: «Составление, предисловие, примечания и общая редакция д.и.н. С.А. Микояна». В этой книге Серго выразил благодарность «издательству «Вагриус» и, прежде всего, его главному редактору А.Л. Костаняну за решение опубликовать воспоминания моего отца» тиражом 15 тысяч экземпляров.

Авторские права принадлежат издательству «Вагриус» и трем Микоянам («В., С., Ст.») без Анастаса Ивановича. Так Серго дает понять внимательному читателю, что текст книги не идентичен материалам А.И. Микояна.

Пренебрежительное отношение к подлинникам Анастаса Ивановича и к нему самому, может быть, объясняется некоторой закомплексованностью Серго. В книге он излагает информацию о родителях, в общем-то не требующуюся по теме: «воспитанные в строгих кавказских традициях… они так и не зарегистрировали свой брак» за «все 42 года совместной жизни». Следовательно, Серго – байстрюк, то есть "внебрачнорожденный, нагульный", согласно словарю В.И. Даля.

На обывательском уровне Серго приводит пример недовольства, высказанного своей жене Анастасом Ивановичем за то, что она «решительно высказалась против того, чтобы пригласить в гости старого друга-одноклассника архитектора Каро Алабяна вместе с его новой женой, актрисой Людмилой Целиковской, только что ушедшей к нему от прежнего мужа (Юрия Любимова или Михаила Жарова, не помню уже точно). Старокавказские традиции наша мама преодолевала с трудом».

А в реальной жизни родителям Серго выпали на долю «испытания суровой раннебольшевистской и опасности позднесталинской эры». Папа, оказывается, был борцом со «сталинским режимом», «будучи свидетелем разнузданных сталинских репрессий».

Как-то вскользь Серго упоминает, не указывая причин, что летом 1943 года арестовали 15-летнего брата Ваню. «Скоро и меня 14-летнего также взяли во дворе на нашей даче и так, чтобы я не смог предупредить маму, привезли во внутреннюю тюрьму МГБ (в 1943 г. МГБ не было!О.К.). В конечном счете, мы дешево отделались: полгода во внутренней тюрьме на Лубянке (тогда была площадь Дзержинского!) и один год "административной высылки" в Таджикистан». За что и куда именно, почему "дешево отделались", не сообщается.

Так что Серго откровенно обосновывает недоброжелательное отношение к Сталину. Однако в подлинниках архивных материалов в Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ, фонд 84) его отец, А.И. Микоян, дает высокую оценку способностям и деятельности Сталина, хотя и высказывал несовпадение точек зрения, что естественно при обсуждении проблем государства.

В первом же предложении книги Серго дает характеристику жизни отца: "пройти путь от Ильича до Ильича без инфаркта и паралича". Но при чтении этой книги хоть принимай валидол: настолько талантливо Серго подражает лжи Солженицына и Волкогонова. Невольно вспоминается устная информация последнего времени, что в окружении А.И. Микояна действовал "крот". Да и Сталин перед смертью говорил о недоверии Микояну. Не раз возникали вопросы: а было ли «так»?; чьи «размышления» втиснуты в книгу?

Для "составления, предисловия и общей редакции" книги, как признается Серго, послужили материалы президентского архива Российского центра хранения и изучения документов новейшей истории (РЦХИДНИ) без ссылок на номера фондов, описей, дел, листов. При этом, как пишет Серго, у него были проблемы, возникшие "потому, что не все известные мне записи моего отца были переданы в РЦХИДНИ. Цензура не допустила, или Серго лукавит? Может быть, не все материалы состыковывались с содержанием книги? Кстати, РЦХИДНИ теперь нет, его материалы еще 15 марта 1999 года переданы в РГАСПИ.

«Большим подспорьем оказались также многочисленные записи, сделанные мною лично в разные годы под диктовку А.И. Микояна и хранившиеся все минувшие годы у меня дома». Просматривал ли эти записи Анастас Иванович? Ибо на отпечатанных диктовках, хранящихся в РГАСПИ, Анастас Иванович делал правки. Кроме этого, Серго использовал два тома воспоминаний А.И. Микояна 1971 и 1974 годов. "Второй том нес на себе зримый отпечаток тяжелой руки редакторов и цензоров ЦК КПСС". Тексты томов с рукописями Серго не сравнивал.

Таковы источники для составления частей книги «Так было. Размышления о минувшем», сообщенные доктором исторических наук. В источники не попали статьи и речи Анастаса Ивановича, а также сведения из официальных документов.

В отличие от самодеятельного пересказа Бушиным придуманной "картины", пленившей, по заключению Владимира Сергеевича, Шатрова и Мироненко, в книге Серго пишет: «Приехали на дачу к Сталину. Застали его в малой столовой сидящим в кресле. Увидев нас, он как бы вжался в кресло и вопросительно посмотрел на нас. Потом спросил: "Зачем пришли?" Вид у него был настороженный, какой-то странный, не менее странным был и заданный вопрос. Ведь по сути дела он сам должен был нас созвать. У меня не было сомнений: он решил, что мы приехали его арестовать».

Эта "картина" была запущена во времена Хрущева, а Бушин с "уточнениями" рекомендует читателям ее запомнить. Как Вовочке слова. А вот какая "картина" нарисована Анастасом Ивановичем: «24 июня 1941 года меня попросили зайти к Молотову. Там были уже Берия и Маленков. Мы зашли вместе с Вознесенским. Видимо, до этого Берия с Молотовым и Маленковым уже имели предварительное обсуждение. Как только мы зашли, Берия сказал, что обстановка требует создания особого органа по руководству страной, а именно: надо создать Государственный Комитет Обороны во главе со Сталиным. Мы согласились и зашли к Сталину (на ближнюю дачу). Он был один. Берия высказал наше общее мнение о необходимости образования ГКО во главе со Сталиным. Этот орган должен быть с особыми полномочиями от партии и государства в интересах успешного ведения воины. Берия предложил ввести в состав этого органа 5 человек: Сталина, Молотова, Маленкова, Ворошилова, Берию. Сталин слушал спокойно, внимательно. И, согласившись, предложил поправку: включить в состав этого органа также Микояна и Вознесенского». (РГАСПИ: фонд 84, опись 3, единица хранения 123, лист № 80. Поступило из секретариата К.У. Черненко 14.01.1983).

Как справедливо написано 14 марта 2011 года в газете «Трудовая Россия» в заметке «Еще раз о фальсификаторах», «если провести полную сверку опубликованных воспоминаний Микояна с диктовками, количество выявленных фальсификаций будет весьма велико». Читал ли Бушин текст Серго критически? Или принимал за аксиому? Не взяться ли Владимиру Сергеевичу за "полную сверку", чтобы ни самому, ни другим авторам не было повадно бездумно заимствовать друг у друга "замшелую чушь"? Там, может быть, Бушин найдет основания пренебрежительно называть А.И. Микояна не 27-м, а 35-м бакинским комиссаром. Ведь в Баку контрреволюционным правительством "Диктатура Центрокаспия" было арестовано 35 человек, в том числе и Микоян. А вывезено в Закаспий, расстреляно и зарублено там 20 сентября 1918 года эсерами и английскими интервентами 26 человек. Бушину негоже иронизировать над людьми, устанавливавшими Советскую власть в Баку. Как над теми, кто погиб, так и над теми, кто избежал этой трагической участи.

А название Сталинград нужно официально вернуть городу. И накануне юбилейного съезда КПРФ бил настоящий фонтан надежд и благих намерений по этому поводу. Однако начальник Управления президента России по внутренней политике О. Морозов, сослуживец Г. Зюганова по ЦК КПСС, привез на съезд приветствие В. Путина.

«Когда объявили о приветствии и г-н Морозов стал его зачитывать, поначалу по залу прокатился удивленный гул. Но слушатели тихо и внимательно искали скрытый смысл в словах текста и между строк. При этом многие вспомнили, что и Путин когда-то был их партийным товарищем» («Аргументы недели» № 9 от 7 марта 2013 г.).

На деле похоже, что "многие", особенно руководители, в КПРФ остаются с "партийным товарищем".

XV съезду КПРФ прислали приветствия председатели правительства и Госдумы РФ. Прислали-то ладно, но то, что приветствия приняли, свидетельствует, что это была не провокация.

Можно ли представить, что съезду ленинской партии могли прислать приветствия Николай II Кровавый и не менее кровавый премьер Столыпин, убитый в присутствии предыдущего упомянутого Кровавого охранкой в киевском театре? В общем, скажи, кто тебя приветствует, и я скажу, кто ты.

Среди нескольких многословных решений съезда не было категорического требования о восстановлении названия Сталинград одному из первых четырех городов-героев (наряду с Ленинградом, Севастополем и Одессой). Эти почетные звания они получили во время Великой Отечественной войны.

Поскольку на КПРФ надеяться не приходится, нужны другие подходы. Может быть, организовать международное движение за восстановление названия Сталинград с участием тех стран, где это название берегут?

Так, во Франции: в Париже – площадь, бульвар и станция метро; в городах Нантер, Сен-Назер – улицы; в городе Сен-Дени – парк; в Марселе – сквер; в городе Тулон – набережные; в городе Сент-Этьен – бульвар. В Бельгии, в Брюсселе, – проспект и гостиница. В Италии: центральная улица Болоньи и улица в Милане.

Название Сталинград есть и в других странах мира. Малая планета № 2250 называется «Сталинград».

Пример отстаивания непоколебимого решения во что бы то ни стало доводить дело до конца в истории человечества есть: Carthaginem esse dellendam (Карфаген должен быть разрушен). И он был разрушен.

А Сталинграду быть!

Олег Георгиевич КУПРИЕНКО,

ветеран труда

 

Справка:

«23 июня 1941 года постановлением Совета Народных Комиссаров и ЦК ВКП(б) для руководства всей боевой деятельностью Вооруженных Сил СССР создана Ставка Главного Командования в составе: нарком обороны СССР Маршал Советского Союза С.К. Тимошенко (председатель), зам. Председателя СНК СССР и председатель Комитета обороны при СНК СССР Маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов, зам. Председателя СНК СССР и нарком иностранных дел СССР В.М. Молотов, секретарь ЦК ВКП(б), Председатель СНК СССР И.В. Сталин, начальник Генштаба – зам. наркома обороны СССР генерал армии Г.К. Жуков, первый зам. наркома обороны СССР Маршал Советского Союза С.М. Буденный, нарком ВМФ, главнокомандующий ВМФ адмирал Н.Г. Кузнецов».

«30 июня 1941 года решением Президиума Верховного Совета СССР, ЦК ВКП(б) и СНК СССР образован чрезвычайный государственный орган СССР – Государственный Комитет Обороны (ГКО), сосредоточивший в годы войны всю полноту власти. Первоначальный состав ГКО: И.В. Сталин (председатель), В.М. Молотов (зам. председателя), К.Е. Ворошилов, Г.М. Маленков, Л.П. Берия. Позднее в ГКО введены Н.А. Булганин, Н.А. Вознесенский, Л.М. Каганович, А.И. Микоян».

 

Источник: "Великая Отечественная война 1941–1945.

 События. Люди. Документы.

 Краткий исторический справочник".

 Изд-во политической литературы. М. 1990