Главная       Дисклуб     Наверх   

 

 

Редакция «ЭФГ» продолжает знакомить своих читателей  с докладами научно-теоретической конференции «Исторический опыт социализма и его развитие в XXI веке», состоявшейся в Москве по инициативе президиума Центрального Совета РУСО 9 февраля 2008 года (начало в № 8).

 АЛЬТЕРНАТИВА «РЕАЛЬНОМУ СОЦИАЛИЗМУ»

 (ЧАСТЬ 2)

Вернуться к части 1

Нужна ли была диктатура пролетариата?

            Вопреки распространенному (даже в научных изданиях) мнению о том, что уже в первые послевоенные годы советское руководство пыталось «установить социализм» в странах Восточной Европы, многие архивные документы свидетельствуют об обратном. Как раз некоторые руководители этих стран, «забегая вперед» и вопреки рекомендациям из Москвы, торопились провозгласить, как, например, Э. Кардель в Югославии, «социалистическую формулу в нынешних условиях Югославии», т.е. уже осенью 1945 г.

Особый интерес в этом отношении представляет пространная запись четырехчасовой беседы И.В. Сталина с польской правительственной делегацией во главе с президентом Б. Берутом и премьер-министром Э. Осубка-Моравским 24 мая 1946 г. В связи с вопросом о «строительстве социализма» важно отметить, что у советского руководства тогда, в 1945,1946 гг. и, пожалуй, до середины 1947 г., была совсем другая позиция относительно «перехода к социализму» в Восточной Европе. Эта позиция изложена была Сталиным в ходе беседы с польской делегацией. Сталин поставил вопрос: «Каков характер строя, установившегося в Польше после ее освобождения?» и отвечает: «В Польше нет диктатуры пролетариата, и она не нужна... У Вас нет базы для диктатуры пролетариата.

Строй, установленный в Польше, это демократия, это новый тип демократии. Он не имеет прецедента. Ни бельгийская, ни английская, ни французская демократии не могут браться вами в качества примера и образца. Ваша демократия особая. У вас нет класса крупных капиталистов. Вы провели национализацию промышленности в 100 дней, а англичане ведут за нее борьбу в течение 100 лет. Поэтому не копируйте западные демократии, пусть они копируют вас.

Демократия, которая установилась у вас в Польше, в Югославии и отчасти в Чехословакии, – это демократия, которая приближает вас к социализму без необходимости установления диктатуры пролетариата и советского строя.

Вам не нужна диктатура пролетариата, потому что в нынешних условиях, когда крупная промышленность национализирована и с политической арены исчезли классы крупных капиталистов и помещиков, достаточно создать соответствующий режим в промышленности, поднять ее, снизить цены и дать населению больше товаров широкого потребления, и положение в стране стабилизируется. Количество недовольных новым демократическим строем будет всё уменьшаться, и вы приблизитесь к социализму без кровавой борьбы.

Новая демократия, установившаяся в Польше, является спасением для нее... Режим, установленный ныне в Польше, обеспечивает ей максимум независимости и создает все необходимые условия для процветания без эксплуатации трудящихся.

Этот режим стоит сохранить. Если блок ППС и ППР распадется, установленная в Польше новая демократия погибнет».

К вопросу о диктатуре пролетариата Сталин вновь возвращается при встрече с лидерами Польской социалистической партии 19 августа 1946 г. Он вновь ставит вопрос: «Должна ли Польша пойти по пути установления диктатуры пролетариата? Нет, не должна. Такой необходимости нет. Более того, это было бы вредно. Перед Польшей, как и перед другими странами Восточной Европы, в результате этой войны открылся другой, более легкий, стоящий меньше крови путь развития – путь социально-экономических реформ. В результате войны в Югославии, Польше, Чехословакии, Болгарии и других странах Восточной Европы возникла новая демократия, совершенно отличная от демократий, установленных в некоторых странах прежде».

Интересная деталь встречи: «Беседа продолжалась 4 часа и закончилась в 2 часа ночи, после чего тов. Сталин пригласил Осубка-Моравского, Швальбе и Циранкевича к себе на ужин.

После ужина полякам по их просьбе в Кремле был показан фильм «Клятва».

 

Компартии на пути к власти

Многие документы раскрывают сложную политическую жизнь в восточноевропейских странах, подчас беспомощность новых руководителей в решении трудных экономических проблем. Из записи беседы И.В. Сталина с Г. Георгиу-Деж 10 февраля 1947 г. об экономической политике правительства Румынии это видно особенно четко: «Тов. Сталин говорит, что в Румынии коммунисты взяли на себя самые ответственные и трудные посты в румынской экономике. Им казалось, что они эти посты отвоевали у буржуазии, а фактически румынская буржуазия сознательно передала им эти министерства, ибо знала трудности и желала скомпрометировать коммунистов. Румынским коммунистам кажется, что они руководят этими министерствами, а на самом деле это не так, потому что трудно или совсем невозможно руководить, когда не имеешь сырья, средств производства и запасов, когда не можешь установить цены на рынке. Главная задача румынских коммунистов теперь – это как можно скорее и подготовленнее провести денежную реформу, чтобы дать стране твердую, стоящую валюту. Без этого всё будет напрасно.

Деж отвечает, что подготовка к этому важнейшему мероприятию проводится. Тов. Сталин отвечает, что Деж должен говорить открыто, правдиво. В Румынии, по существу, еще не началась подготовка к этому делу, а Деж докладывает обратное.

Деж просит оказать помощь специалистами-экономистами».

Для более четкого представления всего спектра политической жизни в восточноевропейских странах после окончания войны прежде всего необходимо знать все особенности деятельности компартий. Вообще "внутрипартийная жизнь" компартий восточноевропейских стран в многочисленных документах (записках, справках, письмах) предстает настолько обнаженной и, мягко выражаясь, невзрачной, что невольно возникает вопрос о моральных устоях многих руководителей компартий и государств Восточной Европы. Особое внимание в связи с этим привлекают многочисленные материалы о внутренней борьбе, развернувшейся в руководстве стран Восточной Европы, многочисленных арестах и процессах над жертвами сфабрикованных обвинений в «шпионаже», «заговорах», «связях с империализмом» и пр.

Освещены и многие проблемы отношений между компартиями, особенно после развязанной советским партийным руководством борьбы с компартией Югославии. Эта тема тоже широко представлена в документах, ставших доступными для исследователей.

Обострение отношений в 1948 г. между СССР и Югославией вызвало активизацию деятельности албанского руководства, пытавшегося вновь поднять вопрос об отделении от Югославии населенных албанцами югославских провинций Косово и Метохии. В письме секретаря ЦК Трудовой партии Албании Э. Ходжи, направленном 2 сентября 1949 г. в ЦК ВКП(б), прямо выражались претензии на присоединение Косово к Албании. «Исправление наших границ с Югославией в сторону объединения Косово и Метохии с Албанией во всякий момент являлось бы новым укреплением Народной Республики Албании... Косово и Метохия должны иметь свое руководство, выдвинутое в ходе борьбы, свой национально-освободительный комитет... Мы считаем, что Косово, Метохия и часть пограничной с Албанией Македонии с албанским населением после освобождения Югославии от когтей Тито и империализма должны быть присоединены к Албании. Только такой путь приведет к тому, что албанцы, живущие к Югославии, будут героически бороться против Тито и империализма». Ответа из Москвы не последовало.

 

Народная демократия или «реальный социализм»

В течение конца 40-х – начала 50-х годов в Восточной Европе шел процесс становления и утверждения новой системы власти, нового общественного строя, получившего позже определение "реальный социализм". Важную роль в этом процессе сыграл советский фактор, влияние, а подчас и определяющее значение политики советского руководства.

Объективная оценка роли советского фактора в послевоенном развитии стран Восточной Европы – чрезвычайно сложная и, как это ни странно, до сих пор полностью не освещенная проблема. В исследованиях, как правило, господствовали, да и сейчас преобладают, крайне противоположные точки зрения: либо апологетические по отношению к советской политике в Восточной Европе, либо однотонно очернительные.

Демократические преобразования в странах Восточной Европы осуществлялись в острой идейно-политической борьбе. На этом этапе здесь сохранилась многопартийность, которая в первые послевоенные годы была отнюдь не формальной, как это стало к началу 50-х годов. Наряду с коммунистическими партиями, которые уже в тот период с помощью Советского Союза добились ведущих позиций, а их представители нередко возглавляли правительства, действовали социал-демократические, крестьянские и либерально-буржуазные партии и организации. Во всех этих странах были сформированы общественно-политические объединения типа народных фронтов. Многопартийность сохранялась и на правительственном уровне: правительства формировались на коалиционной основе. Межпартийная борьба концентрировалась на вопросах о характере и масштабах обобществления частной собственности в промышленности, об аграрных преобразованиях, о характере политической организации общества.

Таким образом, за короткий промежуток времени после окончания Второй мировой войны в странах Восточной Европы произошли крупные экономические, социальные и политические преобразования. Народная демократия вошла в историю как переходная форма политической системы общества в результате революций 40-х годов. Уже на этом этапе революции встали вопросы о перспективах дальнейшего общественного развития. Однако осуществление основных демократических задач породило в этих странах убеждение в возможности быстрого перехода к "решению социалистических задач". Некоторые из них (Югославия, Болгария) заявили о вступлении на социалистический путь развития сразу после освобождения, при попутном решении задач демократического этапа революции. В других странах Восточной Европы о завершении народно-демократических революций и перерастании их в социалистические было заявлено через три-четыре года после начала преобразований. Так, в Чехословакии, освобожденной Советской Армией и восставшим народом, в первые годы после войны были проведены важные демократические реформы, создано коалиционное правительство на многопартийной основе.

Однако в феврале 1948 г. в результате острейших политических столкновений и внешнего вмешательства власть в стране перешла в руки коммунистов, провозгласивших курс на "социалистическое строительство".

Объявление этого нового политического курса в странах народной демократии в немалой степени объяснялось идейно-теоретической слабостью руководства коммунистических партий, которые сосредоточили в своих руках всю полноту государственной власти. Канонизация советского опыта привела к механическому копированию модели социализма.

Следует, однако, подчеркнуть, что широкие народные массы с энтузиазмом приступили к осуществлению планов переустройства общества. Они связывали с ним надежды на кардинальное улучшение условий жизни, на создание подлинной демократии, возможностей для духовного развития общества.

Социально-экономическое развитие в странах Восточной Европы в значительной мере ускорялось благодаря экономической и научно-технической помощи Советского Союза. СССР помогал в промышленном строительстве, поставлял оборудование, сырье и продовольствие, оказывал помощь в подготовке кадров.

Однако осуществление социально-экономических и политических преобразований сразу же столкнулось с серьезными трудностями, что привело к возникновению и нарастанию негативных явлений. Правящие коммунистические и рабочие партии, восстановленные после освобождения этих стран или созданные вновь, не обладали ни идейно-теоретическим, ни практическим опытом, соответствующим масштабам стоявших перед ними задач. Поэтому большое внимание они обращали на опыт СССР. Идейно-теоретическая слабость компартий, возглавлявших народно-демократические государства, в немалой степени являлась причиной того, что они относились к советскому опыту как к универсальному образцу, канонизировали его в качестве общей закономерности.

В результате был прерван естественный путь развития народно-демократической революции и всем странам, провозгласившим переход на социалистический путь развития, была навязана модель ускоренного «строительства основ социализма».

Была допущена неоправданная поспешность в обобществлении частного мелкотоварного сектора в сфере торговли, ремесла, услуг. Проявилось явное предубеждение по отношению к частной собственности, независимо от ее размеров и характера. Мелкие торговцы, ремесленники, владельцы частных коммунальных предприятий ставились в невыгодное положение, а иногда подвергались экспроприации.

Последствия необдуманного копирования модели самообеспечивающейся экономики, нарушения эволюционного развития хозяйственных форм, перескакивания через объективно необходимые его этапы сказывались позже в ходе реализации провозглашенного «развитого социализма».

Чем же объяснить кратковременность (с 1945 по 1947 гг.) народно-демократического строя в Восточной Европе? Почему И.В. Сталин, в мае 1946 г. предупреждавший о гибели народной демократии в случае распада демократических сил, через полтора года согласился с переходом Восточной Европы на «путь строительства социализма»?

Ответы на эти вопросы сводятся к следующему.

Лидеры компартий всех восточноевропейских стран торопились утвердиться у власти и поскорее заручиться всесторонней поддержкой со стороны Советского Союза. Советское руководство в условиях разворачивавшейся холодной войны с целью обеспечения своего господствующего положения в Восточной Европе отказалось от постепенного развития по пути к социализму и согласилось на ускоренное установление в восточноевропейских странах «советской модели социализма».

Так перестала существовать народная демократия, которая как общественный и государственный строй была реальной альтернативой общественному строю, названному позже «реальным социализмом».

Историю народной демократии и «реального социализма» нужно изучать, тщательно анализировать их сходство и противоречивость. Известный французский историк-антифашист Марк Блок, расстрелянный гестаповцами, когда-то говорил, что уроки истории могут быть чрезвычайно полезны. Нужно только «правильно вопрошать историю», добавлял он. Опыт народной демократии и «реального социализма» тоже нужно изучать, «правильно вопрошать». Этот опыт не должен быть предан забвенью.

 

Игорь Иванович Орлик,

доктор исторических наук, профессор, Заслуженный деятель науки РФ, главный научный сотрудник Института экономики РАН